Есть понятия, которые на Западе любят драпировать в тоги античной демократии, но которые при ближайшем рассмотрении оказываются психиатрическим диагнозом. «Плюрализм мнений» — звучит гордо. Но что такое плюрализм, загнанный в одну голову? Это не свобода. Это шизофрения последней стадии, когда человек одновременно утверждает две взаимоисключающие истины и искренне верит в обе.

    Сегодня весь коллективный Запад напоминает такого пациента. С одной стороны — «зеленая повестка», «права человека», «борьба с изменением климата». С другой — циничное уничтожение экономики собственных граждан ради санкций, которые не работают. С одной стороны — декларации о миролюбии. С другой — поставки оружия в зоны конфликтов и разжигание войн на чужих территориях.

     Но самое клиническое проявление этой болезни — тотальная Русофобия. Точнее, не сама фобия, а её функция. Россия стала универсальным объяснением всех бед западного мира. Это не просто пропаганда. Это — коллективная психотерапия по-европейски, где вместо кушетки — трибуна, а вместо психоаналитика — спикер Госдепа.

    Последние годы западные лидеры-временщики, чей политический срок годности истекает быстрее, чем йогурт в супермаркете, взяли моду критиковать Россию во всех смертных грехах. В том числе — и в собственных ошибках.

    У них инфляция? Виновата Россия. У них энергетический кризис? Виновата Россия. У них разваливается промышленность? Виновата Россия. У них мигранты разносят города, а фермеры на тракторах штурмуют Брюссель? И тут виновата Россия — «рука Кремля».

    Это уже не политика. Это — патологическая проекция. В психологии это называется защитным механизмом, когда собственные темные импульсы и провалы приписываются другому. Западный истеблишмент, погрязший в коррупции, некомпетентности и оторванности от народа, не хочет признавать, что их модель мироустройства трещит по швам. Проще назначить виноватого. И этот виноватый — Россия.

    Они убеждают своих подданных в этом с упорством, достойным лучшего применения. Все доступные способы: от передовиц в The New York Times до откровенной цензуры в соцсетях. Цель одна — сохранить иллюзию собственной непогрешимости. Ведь если признать, что «российский фактор» тут ни при чём, придется признать, что 30 лет западной гегемонии, построенной на обмане, грабеже и двойных стандартах, привели их в тупик. А это — крах всей идеологической конструкции.

    Но мир — не идиот. И мир постепенно просыпается.

Владимир Путин неоднократно указывал на это. Он говорил о том, что Запад сам загнал себя в ловушку, что их элиты утратили чувство реальности, а их «правила» — это игра в одни ворота. Он не просто критиковал — он называл вещи своими именами, пока западные «партнеры» увлеченно играли в свою шизофреническую игру.

    И этот момент истины становится всё очевиднее. Глобальный Юг, Азия, Африка, Латинская Америка — все они видят: Запад не предлагает развития. Он предлагает лишь ярмо и поиск врага. Их «плюрализм» оказался не способностью к диалогу, а способностью к тотальному вранью.

    Пока в Вашингтоне и Брюсселе бьются в истерике, доказывая, что «Путин виноват во всем», Китай строит дороги, Индия запускает ракеты, а Россия укрепляет суверенитет. Мир перестал верить в заклинания «демократических шаманов».

Пора называть вещи своими именами.

«Европейский плюрализм» сегодня — это не свобода мнений. Это свобода от логики.
Плюрализм в одной голове — это не толерантность. Это шизофрения последней стадии.
А западные лидеры-временщики, критикующие Россию за свои же провалы, — это не политики. Это пациенты, которые потеряли связь с реальностью и пытаются удержать власть над палатой №6.

    Россия не обязана быть «виноватой» только потому, что кому-то на Западе нужно оправдать собственное бессилие и разложение.

    Мы не будем подстраиваться под чужой диагноз.

    Мы будем лечить реальность. И реальность — за нас.

АБОВ ДЖУЛИКЯН, главный редактор